Стихи о рыбалке


Предзимье

Погода лишнего тепла
Не хочет убирать,
И осень, тёплая была,
Не хочет умирать,

И жёлтый лист в ветвях дрожит,
Сорваться не спешит,
И дед мороз привычно спит,
Не студит, не снежит.

Хоть тяжело терпеть и ждать,
Люблю предзимье я,
Ведь скоро встретятся опять
Весёлые друзья.

И мы пойдём, и мы пойдём,
Костёр на берегу,
И лёд не даст сойти вдвоём,
И окунь на снегу,

И лески звон, и знак кивка,
Мол, подсекай скорей,
И руки – мёрзлая треска,
Попробуй, отогрей.

Мы водку пьём не просто так,
Для тела, для души,
И подают бесклёвья знак
Настырные ерши.

Мы ловим рыбу в тишине,
И только сочный мат
Звучит, как птица в вышине,
Вдали от сирых хат,
Вдали от наших бед и дел,
Вдали от суеты.

Равнина, белая как мел,
И чёрные кусты,
И дальней точкой рыболов,
По увлеченью брат,
И долог путь, тяжёл улов,
Когда идёшь назад.

Звучит рассказов череда,
То вспыхнет спор, то смех,
И крупной рыбы, как всегда,
Нет ни одной на всех.

И жажда не утолена,
И, двигаясь домой,
Мы ждём, как пьяница вина,
Грядущий выходной.
***

Первый лёд.

Шагаю с ужасом в груди
По тонкой плёнке льда.
Зачем!? Не надо! Не ходи!
Холодная вода.

Ты помнишь, помнишь, как тонул,
Как уставал в воде?
И ты достаточно глотнул,
Что б снова быть в беде.

Учти, не каждый раз везёт,
Подумай, не спеши.
Вот подрастёт немного лёд,
Побродишь от души.

Во все концы твои пути
Доступны, не страшны.
Не надо парень не шути,
Спроси хоть у жены.

Она совет разумный даст,
Чуть-чуть повременить.
Ещё неделя и как раз
Прейдет пора ловить…

Вот так бурчу себе под нос,
А лёд в ответ трещит.
Да слаб мороз, опасен кросс
И не надёжен щит.
Но жажда дальних берегов
И крупных окуней,
И цепь следов моих шагов
Длинней, длинней, длинней…
***

Ожидание.
Сентябрь в окна смотрит грустно,
И лес, украшенный искусно
И позолотой, и огнём,
Зовёт от дел укрыться в нём.

Бродить шуршащими коврами,
Где солнца свет под облаками
Горит в прощальной синеве,
А там, глядишь, недели две
И только сетка чёрных веток.

Под серым небом тусклым светом
Лишь разгорится краткий день,
И вот уже ночная тень
На грусть и сырость наползает,
И первый снег обидно тает,
Едва коснувшись бытия,
И о зиме тоскую я.

Зима! Зима! Твоё начало
С колючим снегом и лыжнёй,
А там, глядишь, и речка встала,
И лёд под острою пешнёй
Звенит натянутой струною
И, прогибаясь по до мною,
Трещит, но держит рыбака.

Дрожа в волнении, рука
Двух мотылей на крюк цепляет,
Мормышку в лунку опускает
И всё исчезло.
Сторожок
Начальный делает кивок
И вдруг согнулся, будто сломан,
И первой рыбой очарован,
Спешу поправить мотыля…

Дела, заботы и земля,
Всё отодвинулось далёко,
Лишь кружит по небу высоко
Печальный ворон в тишине,
Но может это не ко мне.
***
Мелкий, мелкий дождик льёт,
Сыплет, сыплет часто.
Скоро, скоро снег пойдёт.
Первый холод здравствуй!

Лёд не толстый над водой
Под ногами гнётся.
Ты куда дурак седой?
А рыбак смеётся.

Тридцать лет на первый лёд,
Не скрывая страха,
Начинаю свой поход,
И к лопаткам пристаёт
Потная рубаха.

Недалёко, этак, брат,
Глубина по плечи,
Чтоб суметь дойти назад,
Как тогда, далече.

Было, было пошутил,
Голова наружу.
И едва хватило сил.
Бог макнул и Бог простил,
Отпустил на сушу.

Отогрелся. Водка, чай
И тепло барака.
Оступился невзначай,
Поумнел, однако.

Проверяю крепость льда,
Двигаюсь с опаской,
Но застывшая вода
Приманила навсегда
Рыболовной сказкой.
***

Круговорот.
Вся жизнь моя – работа,
Вся жизнь моя – дела,
А каждую субботу
Рыбалка забрала.

По мне лежать на койке
И ленью мять бока
Похуже жалкой тройки
В портфеле дурака.

Но после, в воскресенье,
Намаявшись в пути,
Как раненый в сраженье,
Поводья отпусти.

И, повалясь, как в траву,
На мягкую кровать,
Храпи себе на славу.
И целый день по праву
Хоть вовсе не вставать.

И снова в понедельник
В труды, как в вечный бой.
Моя судьба мой мельник,
А зёрна мы с тобой.
***

Ненастье.
В междомовые ущелья
Мчится снег со всех сторон,
И пытаются деревья
С веток стряхивать ворон,
И качаются вороны,
Злобно каркая в пургу,
И снежинок миллионы
Закружились на бегу.

Кружит, вьюжит, кружит, вьюжит,
Белым дымом сносит с крыш.
Значит, скоро будет стужа,
Скоро будет гладь да тишь.

Выйду в поле, выйду к речке
На разлив застывших вод,
И пускай, прижавшись к печке,
Сонно греется народ.

Мне привычно щиплет щёки,
Не страшна корявость рук,
По до льдом в воде глубокой
Окуней полно и щук.

И блесна зигзагом сложным,
Чуть качаясь на ходу,
Им понравится, возможно,
И с уловом я уйду.

И, раздевшись у порога,
Чтоб в квартире не следить,
Похвалюсь – Поймал немного,
Можешь чаем наградить.
***

Нас было трое на земле
В лесу, в снегу, на льду.
Печать страданий на челе,
Что не сидится нам в тепле,
Ведь ловим ерунду.

Нет ни чешуйки, ни хвоста,
Лишь ветер гонит снег.
Для многих наша простота,
Презрение и смех.

Вам сухопутным не понять,
Зачем, который год,
Мы отправляемся опять
Сверлить тяжёлый лёд.

Брести в снегу,
Коптить костром усталое лицо
И часто через не могу,
Чуть взбодрившись винцом.

Вам невозможно объяснить,
Зачем во тьме, в мороз
Мы будем утро сторожить.
Вам не понять, как славно жить
Меж елей и берёз.

Искать, найти, ловить, поймать,
Нести домой с трудом,
Чтоб похвалиться и раздать,
И повторить потом.
***

О субботе.
Воскресенье. В теле слабость,
На душе покой и мир.
Да, вчера случилась радость:
Долгий путь и клёв, и пир.

Дым костра, закуска, тосты,
Лунки круг и круг ребят,
Окуньки с мизинец ростом
И уже пора назад.

И опять тропой неровной,
Спотыкаясь, побрели.
Тепловоз гудит вдали,
Рыбаков сзывая словно.

День сверкнул зажжённой спичкой,
Отгремел, как быстрый бой,
И последней электричкой
От Савёлово домой.
***

Прошлой зимой на Большой Волге встретил двух африканцев в зимнем с ящиками и с коловоротами. Будет им теперь, что рассказать дома.

Как ходили, как ловили,
Ледяную водку пили,
Как на время позабыли
О мартышках и тепле.

Только белые просторы,
И чернеют на которых,
Нет не братья африканцы,
Россияне – рыбаки.

Их уловы невелики,
Чуть светлее руки, лики
И порой такие крики,
Переводу не с руки.
***

Как мимолётен зимний день.
Уже ночная пала тень,
А лишь недавно на рассвете
Мы провожали тени эти,
Но сумрак дня полуночной
Весь день хвостом ходил за мной.

От лунки к лунке мчат минуты,
Они короче, почему-то
Теплом изнеженных сестриц,
Когда под солнышком плотвиц
Живой насадкой злишь и манишь,
Когда крючком им губы ранишь,
Когда потеешь от жары,
А кровопийцы комары,
Слепни и мухи тучей кружат,
Когда решаешь, лучше стужа,
Чем эти мухи, жар и пот,
И вот опять зима идёт.

Январь, снега, солнцеворот.
Рычит стальной коловорот,
Вгрызаясь в лёд.
Душа поёт.
***

Возвращение в прошлое.

К давно покинутым местам
Решил вернуться.
Как бывало,
Без остановки и привала
Я побывал и тут, и там…

Без шапки каменный Ильич,
“Аппендицит”- всему начало,
Пургой Иваньково встречало,
И ветра бил холодный бич.
За дамбы белою стеной
Простор бескрайний и родной.

Здесь всё, как тридцать лет назад,
И местный житель стар и млад
По утрамбованному следу
Гоняет на велосипедах
К заветным дальним островам,
Куда пешком придется нам
Навстречу ветру и улову.

Как счастлив я добраться снова
До Омутни и до Лепни
И вспоминать былые дни,
Костры, рассказы и уловы.
Все были молоды, здоровы,
Полны надежд, грехов и сил.
Меня любили, я любил
Свою ватагу удалую.

На тонкий лёд напропалую,
Как — будто жизнь ещё в запас,
Мы выходили и не раз
И шли походкой молодой
Сквозь ночь над стылою водой.

Я тридцать лет по льдам скитался.
От всех друзей один остался,
И тот давно не видел лёд,
А остальных, который год
Уже земля не отпускает,
А память льдом под солнцем тает.

Храню отдельные слова,
Улыбки, шутки, анекдоты…
Да, молодые обормоты
Не понимали, всё пройдёт.
А если б каждый наш поход
Запечатлялся на бумаге
Каскадом глупости, отваги,
Веселья, пьянства, мастерства,
Была б история жива,
И мы бы в ней остались вечно,
Но наша молодость беспечно
Всё растранжирила, шутя,
И будет новое дитя
На тонкий лёд входить бесстрашно
Меж теней предков бесшабашных,
Которым нынче права нет
Ни защитить, ни дать совет.
***

Пора готовиться на лёд,
Комбинезон заштопать драный.
Я не искатель славы бранной,
Мне лёд покоя не даёт.

Сереет рощица берёз,
Фонарь не разгоняет мрака,
В деревне гавкает собака
И ветер жжёт глаза до слёз.

Шуршит листва под сапогом,
Перемежаясь скрипом снега,
И нетерпенье просит бега
До кромки льда, но всё потом.

Пора обзванивать друзей,
Прикинуть цену на дорогу
И собираться понемногу,
Как будто в театр иль в музей.

Душа зовёт – пора в поход.
К зиме клониться начал год.
***

Иду по тропинке к знакомой реке,
Вода подо льдом глубока и темна,
И липнет железо к озябшей руке,
Но манит рыбалка сильнее вина.

В далёкой Москве и тепло, и уют,
Горячая ванна и чай, и тахта,
Навстречу холодные ветры поют,
Сюда добираться – одна маята.

Но мне наплевать, я в еду не влюблён,
В домашний уют и объятия сна.
Прими горожанина низкий поклон,
Любимая мною до самого дна.

Ты нам — рыболовам не выдашь секрет,
Где скрыла живое своё серебро,
Но мы по приметам отыщем добро
И им запасёмся на тысячу лет.

И память великое чудо хранит,
Сверкающий блеск плавников, чешуи,
И память натянутой леской звенит,
Красивые, сильные рыбы мои.
***

У нас всё есть, нам ничего не надо,
Завидуем уловам у друзей.
Хороший клёв – отличная награда,
А всех наград не на один музей.

Мы с жалостью глядим на сухопутных,
На бестолково протянувших век.
Кто в жизни не поймал рыбёшки путной,
Конечно, несчастливый человек.

Ведь ест и пьёт и поросёнок смачно,
А на диване и бревно лежит
И тот едва ли проживёт удачно
Кто радостей рыбацких избежит.

Не одолеет путь в снегу глубоком,
Не пробурит метровый тяжкий лёд
И не замрёт в волнении высоком,
Надеясь, что мотыль не подведёт.

Идут часы, и стынет поясница,
Едва руками можешь шевельнуть
И что-то не летит удачи птица,
И вот уже пора в обратный путь.

Рюкзак и ящик, и сугроб по пояс,
Пот по спине и темнота в глазах
И лучше бы лежать, не беспокоясь,
Почёсывая прыщик в волосах.

Но только время к пятнице подходит
И на рыбалку надо выезжать,
Такое чувство зависти находит,
Что на диване мне не улежать.

Друзья уедут – я останусь дома,
Они поймают – у меня пролёт
И не прельщают ни покой, ни дрёма,
И хочется в субботний переплёт.

Всё повторится и поход и холод,
Бесклёвье, темень и корявость рук,
И ощущенье, что силён и молод,
И покоритель окуней и щук.
***

Я люблю костры во мраке ночи,
Свет неровный и угольев жар.
Сколько слов приличных и не очень
Я у них услышал и сказал.
Сколько тостов, небыли и были,
Рой воспоминаний и острот…
Золотыми искрами уплыли
Наши зимы, как и в этот год.
***

Ушедшему другу.

Мой Слава, нас судьба связала
Не у заветных берегов,
У Белорусского вокзала,
На главной бирже рыбаков.

Стою на острове Максима
И наблюдаю – от метро,
Не торопясь, неотвратимо,
Как будто транспорту назло,
Идёт ко мне, не зная страха,
И я кричу ему – Монахов!

Он улыбается в усы.
Затем счастливые часы
В пути, на льду переживаем,
Чего-то ловим, выпиваем,
Поём и спим спина к спине.
Часы большие на стене
Звенят, но спящим не мешают,
Сквозь сон удачу обещают.

А утром ветер. В снежной пыли
В ночной избе тепло забыли.
Не усидеть, какой там клёв.
Мечтает каждый рыболов
В автобус тёплый завалиться
И водкой стылою напиться,
И всю дорогу спать готов
Или до хрипа петь с друзьями…

Всё это было, было с нами
И вдруг куда-то отошло,
Как будто солнышко зашло
И плотный мрак меня окутал.

Нет, не запил, не чёрт попутал.
Где Слава? Нет его со мной.
Ушёл товарищ в мир иной.
***

Сколько пройдено дорог,
Сколько льда пробурено,
И на сколько жизней впрок
Выпито и курено.

Сколько было в рюкзаках
Мелочи мороженной,
Сколько силы в рыбаках,
Снегом запорошенных.

Мы носили тяжкий Паз
На руках, как лодочку,
Пели песни и не раз
Под вино и водочку

И катались в дальний край
За плотвой и окунем.
Вдруг забрали Славу в рай,
Мы ворчим и охаем.
***

Хотя зиме и сноса нету,
И мало я ходил на лёд,
Меня сегодня тянет к лету,
Где из глубин, поближе к свету
Голавль подлодкою всплывёт.

Всплывёт спокойно и лениво,
Чуть плавниками шевеля,
И я впиваюсь взглядом в диво,
Насадку нервно теребя.

Пора. Заброс. Кузнец ложится
И впереди, и чуть правей,
Садится муха у бровей,
Но я боюсь пошевелиться.

Ещё мгновение, и вот
Голавль забрал насадку в рот.

Секунду жду. Подсечка махом,
И поплавок нырнул стрелой.
С благоговением и страхом
Держу на леске груз живой.

Из глубины, как в сказке старой,
Вдруг алым светом полыхнёт,
И серебристая сигара
В подсак уверенно нырнёт.

Смахнув с лица и пот и мошек,
Уняв в руках волненья дрожь,
Прикину вес. Улов хороший.
Не трепыхайся, не уйдёшь.
***

Отпуск.

Я огрубел от летних дел,
Поэзия ушла,
И загорел, и похудел,
Как гражданин села.

Я долго в город не вернусь,
Асфальт, бетон, гранит
Давно скучают, ну и пусть,
Москва повременит.

Густые росы по утрам,
Свирепо солнце днём,
И не страшна усталость нам,
Зимою отдохнём.

Крестьянский труд, цыганский быт,
Вспотевшие тела,
Я городским комфортом сыт,
Мне эта жизнь мила.

Опять голавль на обед.
О, как вкусны грибы!
И нет проблем, забот и бед,
И будто нет судьбы.

Жужжит оса, детишек гам,
Шумит листва в саду,
А я к заветным берегам
Иду, иду, иду…
***

Чем длиннее зима,
Чем сильней холода,
Тем надёжнее льдом
Укрывалась вода.

Есть суровая страсть
Настоящих мужчин.
Скоро тонкая снасть,
Скоро первый почин.

Белым полем река,
Чёрной точкой рыбак.
Нет мороза пока.
Не дождаться никак.
***

Ожидание зимы.
Пройдёт прилипчивое лето
И скука осени сырой,
А там, глядишь, не за горой
И водоём застынет где-то,
И мы к нему, пешнёй звеня.
Дожить бы до такого дня.

Подобной мысли не случалось
Являться в прошлые года
И мне по глупости казалось,
Что я на свете навсегда
И что друзья со мной навечно.
О, как в природе скоротечна
Любая жизнь! Рассвет – закат,
Рожденье, взлёт, полураспад
И дотлевание на печке…

О, как хочу к застывшей речке
Прийти ноябрьской порой,
По рюмке выпить, по второй
И, продолбив ледок не тонкий,
Ещё помериться силёнкой
С килограммовым судаком.
Пусть окунь, словно наждаком,
Мне оцарапает ладони,
Пусть леска и звенит и стонет
Над белобокою плотвой…

Люблю зима порядок твой
Суровый, грубый, но правдивый,
Люблю с компанией счастливой
Искать в снегу в кромешной мгле
Сухие ветки на земле
Или пилить пилой ручною,
Люблю костры порой ночною
И задушевный разговор,
Водохранилища простор,
Скрип снега, рык коловорота…

Когда ж грядущая суббота
Нас соберёт и уведёт
На новый лёд, на первый лёд?
***

Сколько рыб промелькнуло в зелёной воде,
Краснопёрые, быстрые тени,
И любимая так, и не встретить нигде
Эти руки и эти колени.
Голубые, живые, пусть злые глаза
Отоснились навек, отмечтались.
Прошумела любовь – огневая гроза,
Только шрамы от молний остались.
***

Когда умру, я стану речкой,
Ольхой, крапивой, ковылём,
А может, маленьким кузнечиком,
А может, красным мотылём.
Но как подумаю, что кто-то
Крючком мою проколет грудь,
То закругляться неохота,
Ну, может после как-нибудь.

Проснись старик коловорот,
Твои ножи острей кинжала.
Грядёт зима. Начнём сначала
И окуням, и лункам счёт.

Чтоб леска пела как струна,
Сверкала рыба, застывая,
Чтоб мы брели, не уставая,
И веселились без вина.

Зовёт неспешный паровоз
Сквозь сон считать гнилые шпалы,
Увидеть лёд через прогалы
В болотах чахнувших берёз.

Готовить снасть давно пора,
Примерить тёплые покровы.
Ещё чуть-чуть и всё готово,
Но хлещет дождь как из ведра.
***
Пока меня хранили боги,
Но опасаюсь каждый раз,
Вдруг ненароком у дороги
Поставят памятник для нас.

На нём напишут, несомненно,
Что здесь погибли в миг один
Усатый Слава, Рыжий Гена
И я, очкастый гражданин.

Добавят, что они дружили
И жизнь прошли плечом к плечу,
Ловили рыбу, водку пили,
Но, впрочем, это я шучу.

Ведут нас разные дороги
И сроки каждому свои.
Ещё таскают тело ноги,
Ещё волнуют соловьи. 98г
***
Дни летят, недели тают,
Лист с деревьев облетает,
Сетка веток за окном,
Мысли борются со сном.

Дождь и ветер душу студят,
Под зонты укрылись люди.
Скоро холод, скоро снег,
Скоро свитер, скоро мех.

В их уютные объятья
заберутся наши братья-
-Рыболовы — шатуны
И до будущей весны
То бредут в снегу по пояс
То сидят, не беспокоясь,
На равнине ледяной,
Распахнувшись словно в зной.

А потом собравшись с силой
Ледобур простой, но милый
Лихо ввинчивают в лёд.
А под ним плотва живёт,
Лещ могучий, окунь, щука.
Рыболовная наука
Позволяет наперёд
Знать, на что и кто клюёт.

Вот и леска натянулась,
Вот и удочка согнулась,
Даже в локоть отдало.
Это значит повезло.

На морозе руки стынут.
Крупный окунь ловко вынут
И купается в снегу…
Умолкаю. Не могу
Бередить виденьем душу.
Я ценю, конечно, сушу,
Но ледовые края
Навсегда любовь моя. 09г
***

Предзимья сумрачные дни
В тюрьме сидению сродни.
Когда же белая свобода
Засыплет снегом огороды,
Поля, дороги и дворы?!
Когда дождёмся той поры,
Что леденит и студит тело?!
Когда на лёд рванёмся смело,
Ещё не топтаный никем?!
Когда над лункой глух и нем
Застыну, лишь кивком играя?!
Когда рыбешка удалая
В счастливый миг его согнёт?!
Как тяготит предзимья гнёт!
Но всё расписано у Бога:
Кому дремать, кому дорога,
Когда тепло, когда снега.
Ещё чернеют берега,
И ветер гонит волны злые.
Предзимье царствует в России,
Зима томится в двух шагах. 10г
***
Мчимся в ночи,
Километры летят,
Пей и кричи,
Отвечай невпопад.
Если напьёшься,
Усни до утра.
Завтра начнется
Лихая пора.

Скрежет металла,
Грызущего лёд,
Леска тугая
Ему подпоёт.

В матерной вязи
Просоленных фраз
Солнечный праздник,
Рыбалка у нас.

Едем домой,
Тяжелы рюкзаки.
Рядом со мной
Говорят мужики.

Долгий и страстный
Ведут разговор.
В чём то согласны,
А где то на спор.
***
Папа рыболов
Мы в квартире по субботам
В тишине живем вдвоём,
Или варим с мамой что-то,
Или что-то с мамой шьём.

И скучаем, и в окошко
В ожидании глядим.
Может папа хоть немножко
Поторопится к своим.

Он уехал на рыбалку,
Комары гудят над ним.
Нам немного папу жалко,
Но об этом мы молчим.

Нам без папы грустно что-то
И тревожно за него.
Вдруг за целую субботу
Не поймает ничего.

И обиженный приедет,
И устало проворчит,
Что на двое суток кто-то,
Оставайся, говорит.

А ему жена и дочка
Оставаться не велят.
Пусть поймает папа бочку
Всякой рыбы и назад.
**